06.01.2020: Растения - они тоже живые, а тем, кто в это не верит, пусть лепестки ромашки на их сокровенный вопрос всегда отвечают: «не любит».
|
Да простят меня вегетарианцы, но напрасно они тешат себя мыслью, что ради еды никого не умерщвляют. Растения - они тоже живые, а тем, кто в это не верит, пусть лепестки ромашки на их сокровенный вопрос всегда отвечают: «не любит». Тот факт, что они никак о себе людям не заявляют, лишний раз подтверждает истину, которую доказали еще рыбы: кто молчит, того первым и съедают. А у растений есть все основные признаки жизни: они рождаются, они растут, они умирают... Ах, да - они еще и болеют. Что означает, что им тоже нужны лекарства - как спасающие уже страдающих, так и те, которые действуют профилактически, то есть помогают не заболеть. ...Свою удивительную роль в их разработке играет биологическая лаборатория АО «Щелково Агрохим».
Язык до знания доведет...
|
|
Моя беседа с Кирой Божко, начальником биологической лаборатории, была поначалу похожа на разговор двоечника с отличницей: вещи, для нее элементарные, были для меня пугающе непонятными; а термины, для нее привычные, звучали, как... впрочем, большинство из них и на самом деле иностранные. Но отличница на то и отличница, чтобы быстро по моему растерянному лицу понять, что от слов «фунгицидный скрининг» мне стало так плохо, будто я наелся гербицидов в чистом, не разбавленном растительностью виде...
- Фунги - это грибы, гербо - растения, цид - уничтожаем, - «перевела» она, и все сразу стало понятнее. Потому что значение английского слова screening - проверка, обследование, я к своему удивлению, переходящему в гордость, как-то уже знал. Не зря же говорили в школе: «Учи языки!..»
А в дальнейшем, перед тем как отправиться на экскурсию по лаборатории, мы договорились, что все то, что происходит с растениями, я буду сравнивать с «человеческой ситуацией». Так - понятнее.
Но сначала - несколько слов об истории лаборатории:
- Наша лаборатория начала создаваться 13 лет назад для проведения гербицидного и фунгицидного скрининга, - начала свой рассказ Кира Николаевна, - то есть для выполнения работы по отбору и сравнения между собой активных веществ, а также новых и старых препаративных форм для совершенствования ассортимента и дальнейшего развития компании. С тех пор у нас было создано множество очень интересных продуктов.
Начнем сравнения... Как вы знаете, лекарства, помогающие человеку избавиться от различных недугов, тоже разные. Одну таблетку, спасающую от всех проблем, люди еще не придумали, а если вы все-таки верите в такой «чудо-препарат», слушая о нем, например, в радио-рекламе или читая «сенсацию» в бесплатной газетке, то это - просто еще одна ваша проблема. Помимо, собственно, болезни...
Лекарства делаются на основе «действующих (активных) веществ», они могут доставляться в организм в виде таблеток, мазей, с помощью уколов... Так - у людей. Но и у растений «препаративные формы» тоже могут быть разными.
- Наши продукты, - объясняет Кира Николаевна, - разрабатываются для применения в полевых условиях. Российская Федерация хотя и считается зоной рискованного земледелия, но площади засеваемых полей - огромные, здесь выращивают разнообразные культуры, и с ними на этих полях тоже случаются разнообразные проблемы. Какие-то из них хорошо известны, какие-то только сейчас начали изучать, пытаться бороться с ними, поэтому возникают и новые задачи, и новые средства для защиты полевых культур. Наше предприятие как раз и занимается разработкой и производством продуктов для защиты растений, для поддержания роста всех возможных культур, которые есть и у нас в стране, и за рубежом. А наша лаборатория - вспомогательное звено: далеко не во всех фирмах есть свое научное подразделение. Мы помогаем ответить на вопрос, будет ли данная форма препарата жизнеспособной, конкурентной, получить такой ответ быстрее, не тратя на это время при проверке исключительно в полях. Мы, скажем так, способствуем лучшему, более эффективному отбору за счет активного этапа лабораторных испытаний.
Пока не «поздно пить боржоми».
То есть - обрабатывать фунгицидами...
- Лаборатория развивалась постепенно, но последовательно, - продолжает рассказ Кира Николаевна. - Первый этап - накопление опыта, накопление первоначальных методических навыков. После того, как мы освоились с лабораторным скринингом гербицидов, росторегуляторов, фунгицидов, добавилась еще одна серьезная задача: к нам стали обращаться клиенты с вопросом, касающимся фитоэкспертизы. Чтобы узнать: собственно, чем болеет растение? И чем можно помочь?
- Давайте опять сравнивать с людьми: к вам, как к доктору, приходят с какой-то болезнью, вы эту болезнь либо сразу, по симптомам определяете и уже знаете, как ее лечить, или же - если это болезнь новая, неизвестная, - ищете, как с ней можно бороться?
- Совершенно верно. Что касается определения болезни, то это тоже очень интересная тема. Для выявления болезни можно пользоваться классическими методами микробиологии, но они не всегда дают однозначный убедительный ответ. Тогда мы пользуемся методами молекулярной биологии. У нас очень «продвинутый» генеральный директор и он всячески поддерживает достаточно наукоемкую тему, которая позволяет использовать методы молекулярной биологии для идентификации инфекции еще до ее визуального проявления на посевах. С помощью молекулярных методов диагностики определить, есть или нет на растении возбудитель, можно еще до того, как развились первые признаки заболевания. Обычно возбудители присутствуют в окружающей среде и, если условия для заражения сложились, то посев поражается достаточно сильно, и нужно успеть эту проблему побороть.
- А как это определить?
- Обычный визуальный метод не поможет. Если ты идешь по полю, там ничего не видно, а вот прийти, собрать растительный материал и проанализировать его, например, методом ПЦР...
- Что это за аббревиатура, что за метод?
- Полимеразная цепная реакция - с помощью этого метода можно оценить накопление ДНК (или РНК) того или иного организма в данной ткани растения. Так можно анализировать семена, листья, корни, - то есть любые части растений, которые могут быть поражены.
|
- Продолжим сравнения с человеком: растениям тоже нужна профилактика, нужна «ранняя диагностика», обследования. Не надо ждать, когда поднимется температура или где-то сильно «прихватит»...
- Да, есть такие болезни полевых культур, развитие которых лучше остановить превентивно. Например, листовые пятнистости, септориозы - они чем вредят? - Грибы рода Septoria вызывают пятнистость у многих культур. Зеленый лист фотосинтезирует и накапливает питательные вещества, необходимые для формирования урожая. Если лист поражен септорией, на нем развивается некротическое пятно, которое занимает большую его площадь, и эта часть листа уже не участвует в фотосинтезе, а значит получить достойный урожай можно уже и не надеяться. При возникновении таких проблем поле превентивно обрабатывают фунгицидом. Чаще всего агрономы знают периоды и обстоятельства, при которых нужно спешить действовать. Обработки бывают последовательными: одна, потом вторая, если потребуется и третья - уже ближе к урожаю. Когда урожай сформирован, более вероятно, что ничего страшного не произойдет. Но если упустить первоначальный момент, то, к сожалению уже пораженные ткани могут быть не чувствительны к этому фунгициду. И для того чтобы определить активность фунгицида уже на растительном объекте - не на микрообъекте, а на объекте, который уже пророс, в лаборатории создана еще одна интересная часть - для выращивания зараженных растений. Для этого организованы специальные изолированные боксы со своей вентиляцией, своими каналами приточки и вытяжки. Воздух в них не смешивается. В этих боксах можно выращивать культуру, зараженную каким-то своим «вирусом», и испытывать на ней фунгицидные средства. То есть для наших целей существуют лаборатория гербицидного скрининга, лаборатория фунгицидного скрининга с коллекцией фитопатогенов и условиями для выращивания зараженных растений, лаборатория, проводящая фитоэкспертизу молекулярным методом, ну и - новейшая наша часть - лаборатория, посвященная разработке биопрепаратов, но о них речь пойдет позже.
|
|
«Все познается в сравнении...»
Проходим по различным помещениям лаборатории. Вот - «одинаковы с лица» - расположились под лампами небольшие еще растения.
- Мы следим, чтобы все-все-все они были одинакового размера, - объясняет Кира Николаевна, - выращенный массив растений дальше разделяем на варианты с некоторым количеством повторности. Чтобы результат исследований был не случайным, а подтвержденным.
Одни и те же растения, например, овес и подсолнечник, могут выступать как в роли «модели сорняков», так и в роли «испытываемой культуры». Вот такие они разносторонние...
Выбор культурных растений на роль «сорняка» объясняется тем, что сорно-полевые растения дают, - а могут и вовсе не дать - всходы разномастные, появляющиеся в разное время, разного габарита, то есть очень сложно их под какую-то статистику подвести, чтобы все было одинаково. Но бывают какие-то целевые задачи, тогда берется именно сорняк - вьюнок, канатник, подмаренник... Это все мы тоже можем вырастить, чтобы провести скрининг.
В помещении, где исследуются «модели», держится определенная температура, которая контролируется автоматически, работает кондиционер, соблюдается 16-часовой световой день. Нет только ветров и дождей...
- Работа здесь не прекращается круглый год, исследования идут очень интенсивно: что-то сейчас на стадии учета опыта, что-то будет посеяно для закладки следующего эксперимента... Что касается непредсказуемости погоды - ветров и дождей, то их хватает в полевых условиях. Ведь все те же самые испытания проводятся и там, - поясняет начальник лаборатории, - только на материале уже прошедшем предварительный отбор. Что у нас здесь можно сделать? Можно вырастить растение и проверить препараты, которые используются на разных фазах его роста, можно обработать почву и оценить ее фитотоксичность. Можно испытывать как удобрения, так и росторегуляторы.
Процесс проведения лабораторных экспериментов часто фиксируется на фото и видео для использования в рекламе или как учебный материал для клиентов. Каждый сотрудник, по словам Киры Николаевны, - мастер фотосъемки.
Чтобы оценить или продемонстрировать работу нового продукта в опыт обязательно включают препараты, которые служат эталонами для сравнения, это могут быть и хорошо известные старые препараты, и лучшие препараты-конкуренты на рынке. Это касается и гербицидов, и фунгицидов, и других продуктов.
- То есть здесь все познается в сравнении? Сравниваются обработанное и необработанное?
- Мы ничего не рассматриваем отдельно, все в сравнении. Берем какой-то продукт, - это могут быть наши старые или новые разработки, - и всегда выбираем то, на что нужно ориентироваться.
- А насколько вообще растения, если они заражены, поддаются лечению? А то вспоминается, каким способом «лечили» пернатых во времена «птичьего гриппа»...
- У нас разрабатывают продукты, которые являются системными, то есть они быстро проникают внутрь тканей, распространяются по растению и способны контролировать развитие гриба во всех местах, куда он может попасть.
- Про лекарства для людей говорят, что они «одно лечат, другое калечат». Следите ли вы за тем, чтобы «лекарства для растений» в процессе лечения, не приносили никакого вреда?
- Конечно, современные пестициды по сравнению с теми, что были в прошлом веке, гораздо менее токсичны. И для культур, и для человека. Те, старые, более токсичные формы ушли в прошлое. Если они сегодня и используются, то очень редко и то лишь в некоторых странах, что обусловлено чисто экономическими соображениями... Но в нашей стране они не участвуют в регистрации. Такие действующие вещества и препаративные формы на наших рынках больше не появляются. Кроме того, наши новые продукты всегда оцениваются на фитотоксичность - способность угнетать обработанную культуру. Это также один из критериев скрининга.
|
|
- Очень важный вопрос: заболевания растений вредят только самим растениям? Тем, что оно перестает развиваться. Или же оно может повредить и тем, кто его потом станет употреблять?..
- Для зерновых культур и не только для них существует такая опасность, как появление микотоксинов. Точно так же, как вы не будете в лесу собирать ядовитые грибы, нельзя употреблять в пищу человеку или отправлять на корм скоту и пораженное микотоксинами зерно.
«А в Подмосковье водятся грибы...»
Когда речь заходит о грибах, человеку, у которого опять не получилось в сезон сходить с корзинкой на «тихую охоту», загораются глаза... Но грибы, которые собраны в «зоопарке», как в шутку называют работники лаборатории свою коллекцию, отношение к привычным съедобным шляпочным грибам имеют весьма далекое. Во всяком случае, их внешний вид аппетита не вызывает... Это, скорее, плесени.
Но посмотреть все равно интересно - насколько они могут быть разными, а некоторые, так вполне симпатичными. Что ж - внешность бывает обманчивой. Как в ту, так и в другую сторону...
- Ведение коллекции фитопатогенных грибов и других объектов - задача одновременно и очень интересная, и сложная, - говорит Кира Божко. - Это кропотливая работа, она проводится в условиях, контролирующих микробиологическое загрязнение, и требует как специфического оборудования в помещениях, так и специфических навыков у работников. «С улицы» таких не возьмешь.
- И где вы их находите? В институтах?
- Приходят выпускники, приходят специалисты. Но для того чтобы «войти в курс», заниматься уже конкретными задачами, человеку необходимо примерно два года. Хорошая тенденция - предприятие может себе позволить брать студентов на последнем курсе обучения, когда они совмещают учебу с работой и постепенно входят в тему, которой будут заниматься. Они доучиваются и остаются у нас.
- Студенты из вашей родной «Тимирязевки»? (Кира Божко окончила сначала Тимирязевскую сельхозакадемию, а затем училась в аспирантуре в Институте физиологии растений им. К. А. Тимирязева. - А.С.)
- Из разных вузов. Потому что у нас - и микробиология, и биотехнология, и защита растений, и биохимия. Профиль обучения может быть различный, но достаточно близкий к тому, чтобы человек понимал те вопросы, которыми он будет здесь заниматься. Но и сами мы, конечно, обучаем тем методам, которыми пользуемся... Сегодня у нас работает 12 человек, частично люди приходили со своими знаниями, частично обучение происходит в процессе работы. Все сотрудники включены в исследовательский процесс от этапа планирования и закладки опытов, до учетов и обработки результатов, фотосъемки, составления отчетности и многого другого. Много в лаборатории новой, современнейшей техники, позволяющей качественно проводить различные необходимые исследования.
Формирование коллекции для фунгицидного скрининга, расширение этой коллекции было отдельным большим этапом становления нашей лаборатории. Часть объектов коллекции появлялась по мере необходимости расширения линейки наших продуктов, что-то получали мы сами вместе с растительным материалом от клиентов. И сейчас - не сказать, что у нас собрано «все-все-все на свете», но, скажем так, все основные объекты наши и зарубежные здесь есть. Хранится коллекция как в холодильнике, так и в морозилке, при минус 80. Можно в любой момент достать, размножить и работать с тем или иным грибом. Я даже не буду вам их названия перечислять, чтобы вас не мучить латынью...
- Ну, вот... А я хотел запомнить, чтобы потом щеголять знаниями...
- Просто оцените, что у нас достаточно широкие возможности. Кроме нас, наверное, никто такими возможностями не располагает. Может кто-то и занимается какими-то локальными темами. А мы - сразу всем.
|
|
На всех объектах проведен скрининг наших продуктов, сравнение наших действующих веществ с конкурентными. Это необходимо для понимания спектра действия тех продуктов, которые из этих действующих веществ впоследствии складываются. Основной источник пополнения коллекции фитопатогенных объектов - это известные коллекции в институтах, но частично что-то мы делали и сами, опираясь на имеющуюся литературу: есть уже хорошо описанные объекты, можно что-то и самим было выделить, идентифицировать. Но работа это непростая.
Кроме вредных объектов, очень интересная тема - полезные для сельского хозяйства микробиологические объекты, потому что - «не химией единой», сейчас широко развивается тема биологизации сельского хозяйства, для того чтобы уменьшить пестицидную нагрузку. Ведь все мы опасаемся за свое здоровье. Все мы хотим, чтобы к нам на стол продукция, зараженная химией, больше никогда не попадала... На основе микроорганизмов с полезными признаками можно получить продукты той же направленности, что и химические пестициды. В нашей лаборатории проходят все этапы создания биотехнологических продуктов от поиска полезных бактерий до разработки технологии производства препаратов в промышленных масштабах.
Алексей Сокольский
Betaren Agro №1 (9)
Мы часто воспринимаем науку как мир точных формул и гениальных мужчин, которые совершают великие открытия. Но стоило мне заглянуть в биологическую лабораторию «Щёлково Агрохим», и эта картинка рассыпалась.
Не менее великими задачами здесь занимаются умные, тонкие, обаятельные женщины. Именно они ставят эксперименты, исследуют новые молекулы и ищут лекарства от болезней растений. Давайте заглянем в разные подразделения лаборатории и познакомимся с теми, кто здесь работает!
Научно-исследовательскую работу в «Щёлково Агрохим» возглавляет директор по науке, к. х. н. Елена Желтова. По словам руководителя, с первых дней создания в 1998 году научный центр «Щелково Агрохим» выбрал путь поиска новых подходов в разработке средств защиты растений и успешно развивается в этом направлении, подтверждая свои нетрадиционные подходы в создании новых препаратов не только получением патентов на изобретения, которых уже более 120, не только признанием международного сообщества: «Щелково Агрохим» является номинантом международной премии IHS Markit's Crop Science Awards, называемой сельскохозяйственным Оскаром, но и, что неизмеримо важнее, практическим подтверждением правильности научных разработок выбором, которые сделали потребители продукции компании.
Задачи, поставленные перед научным центром, многогранны, главная из которых – создание новых препаратов.
Елена Желтова - директор по науке, к. х. н.: «При создании ХСЗР важно не только выбрать наиболее эффективные для решения конкретной задачи действующие вещества, не только найти их синергетическое соотношение. Не менее важно обеспечить их максимально результативную доставку к целевому объекту, то есть выбрать препаративную форму. Именно решение этой триединой задачи и обеспечивает создание нового эффективного препарата».
Значимой частью научного центра «Щёлково Агрохим» стала биологическая лаборатория, которая была создана около 20 лет назад. По словам руководителя лаборатории, к. б. н. Киры Божко, главная задача её сотрудников – сравнительные испытания, отбор действующих веществ и новых препаративных форм с целью совершенствования линейки средств защиты растений.
По словам руководителя биологической лаборатории «Щёлково Агрохим», к. б. н. Киры Божко, лаборатория была создана в 2007 году для проведения гербицидного и фунгицидного скрининга – выполнения работ по сравнительным испытаниям и отбору действующих веществ, новых и старых препаративных форм с целью совершенствования линейки средств защиты растений.
Царство грибов
В одной из лабораторий, которые мы намерены посетить, царствуют коллекции фитопатогенных грибов. Оглядываюсь: на столах пипетки, чашки Петри, боксы с растениями – просо, цветущий рапс, сахарная свёкла. Нас встречают научные сотрудники отдела биологических исследований Александра Скачкова и Марина Башкатова.
«Наша лаборатория участвует в первых этапах скрининга и отбора действующих веществ, отвечает за их оценку и отбор готовых препаратов. Химики разрабатывают и передают нам на испытания массу новых комбинаций веществ и препаративных форм, что предполагает очень большое количество опытов, в том числе с растениями», – рассказывает Александра Скачкова.
«В представленной коллекции собрано более 200 фитопатогенных грибов, – продолжает она. – Объектом исследования являются грибы и некоторые другие возбудители заболеваний. Наши задачи – быстро проверить образцы, отсеять бесперспективное и выделить то, что заслуживает детального изучения. Как правило, сначала мы выращиваем гриб, который для этой цели пересеваем на питательные среды (чашки Петри с агаром). Это может быть Fusarium, Botrytis, Rhizoctonia, Phytophthora, Colletotrichum и другие».
Ещё одно направление работы – анализ образцов растений методом влажных камер. Метод идеально подходит для искусственного заражения растений заболеваниями в контролируемых условиях для последующей оценки эффективности защиты от инфекции.
«На поверхность листа наносится капля суспензии спор и через определённое время фиксируется результат. К примеру, нут чаще всего поражается грибными болезнями – это фузариозное увядание, аскохитоз, серая гниль. Для сахарной свёклы актуальны как листовые болезни – церкоспороз, мучнистая роса, так и корневые гнили – кагатная гниль, фузариоз».
На вопрос, не скучная ли это работа, Александра смеётся: «Что вы! Каждый новый день не похож на предыдущий. При этом у нас даже хватает времени на хобби. Я – микробиолог по образованию, но всегда увлекалась жуками. Теперь мы не только выращиваем грибы и растения, но и ведём коллекцию насекомых. Смотрите, здесь у нас мучной хрущак и жук зофобас. Это кормовые насекомые, у которых несложный цикл размножения. Мы изучаем их биологию и отрабатываем методику. А вот здесь живут богомол и палочники…».

Александра Скачкова, научный сотрудник отдела биологических исследований: «Наши задачи – быстро проверить образцы, отсеять бесперспективное и выделить то, что заслуживает детального изучения. Как правило, сначала мы выращиваем гриб, который для этой цели пересеваем на питательные среды»
Скрининг и предпосевной анализ
Научный сотрудник группы фитоэкспертизы и молекулярных методов диагностики Марина Башкатова отвечает за создание и систематизацию коллекции, насчитывающей около 200 штаммов микроорганизмов. «Деятельность нашего подразделения сосредоточена на комплексной диагностике инфекционных заболеваний растений и мониторинге фитопатогенной нагрузки. Спектр поступающего материала включает как семенной материал, так и образцы вегетативных органов растений», – говорит она.
Основная задача – выделение чистой культуры возбудителя из исследуемого субстрата с его последующей идентификацией. В данном процессе: посев на питательные среды, выделение изолированных колоний, пересев для накопления биомассы и подтверждение видовой принадлежности патогена (при необходимости), с помощью молекулярно-генетических методов. Цикл работ характеризуется высокой трудоёмкостью (в одной чашке может быть до 10 различных патогенов) и продолжительностью, что обусловлено необходимостью соблюдения временных параметров роста микроорганизмов.
«По запросу клиентов перед сезоном мы проводим целевые исследования для оценки общей фитосанитарной обстановки в хранилище или на поле, – продолжает Марина. – К примеру, в конце февраля к нам обратились производители картофеля за фитопатологической экспертизой семян и выявлением клубневых инфекций. К нам регулярно обращаются клиенты с просьбой провести фитоэкспертизу семян зерновых. Это крайне разумные мероприятия, которые можно только приветствовать. Данные фитоэкспертизы позволяют спрогнозировать вероятность заболеваний на ранних этапах развития культуры (корневые гнили, плесневение семян, «чёрная ножка») и подобрать наиболее эффективный фунгицидный протравитель, чтобы подготовиться к конкретным угрозам, а не действовать вслепую».
Лаборатория также оказывает консультационную поддержку в области химической защиты. «Например, недавно проводились исследования листового аппарата растений манго и кофейного дерева (Coffea arabica), привезённых к нам с Африканского континента. Цель работы – идентификация видового состава фитопатогенов для последующей разработки научно обоснованных рекомендаций по применению фунгицидов с учётом биологии выявленного патогена», – поясняет наша собеседница.

Марина Башкатова, научный сотрудник группы фитоэкспертизы и молекулярных методов диагностики: «Мы занимаемся вопросами сельскохозяйственной фитопатологии. Штаммы из нашей коллекции используются в качестве эталонных образцов при проведении фитоэкспертизы, постановке ПЦР-диагностики или тестировании эффективности фунгицидов»
Сравнить геном
От коллекций грибов и насекомых переходим в лабораторию молекулярных методов анализа. Работа сотрудников этой лаборатории базируется на комплексе современных методов молекулярной биологии, микологии и фитопатологии. Ключевая задача специалистов – оценка фитосанитарного состояния посевного материала и вегетирующих растений для выявления инфекционного начала, прогнозирования развития заболеваний, контроля качества семенного фонда. Немаловажный момент – поиск ответов на вопросы клиентов об эффективности того или иного препарата.
«Фитоэкспертиза семян классическими методами существует очень давно. Эти методы широко применяли ещё в Советском Союзе, – говорит ведущий научный сотрудник, к. б. н. Наталья Аршава. – Классические методы исследования рассчитаны на идентификацию патогена при помощи морфологического анализа: определяется внешний вид конидий, их развитие, цвет мицелия, характерные симптомы на листьях. Чтобы установить, чем болеют растения, необходимо сначала вырастить грибы, которые могут присутствовать на поверхности семени, довести их до стадии спороношения и только затем по конидиям определить вид инфекции. Это предполагает большие затраты времени».
Молекулярные методы произвели революцию в диагностике, так как они позволяют заглянуть внутрь клетки и прочитать генетический код патогена, не дожидаясь, пока он вырастет на питательной среде и сформирует характерные конидии.
«Мы изучаем исключительно геном, – поясняет Наталья Аршава. – Вся информация о клетке содержится в ДНК (если это не вирус). После выделения ДНК патогена из тканей растения или спор грибов, присутствующих на поверхности или внутри семени, проводятся дальнейшие исследования».
Точная диагностика
Основным методом идентификации здесь выступает полимеразная цепная реакция (ПЦР). С помощью специфичных праймеров учёные амплифицируют уникальные участки ДНК/РНК, характерные для тех или иных вредных объектов. Ключевую роль в этом процессе играет высокоточное лабораторное оборудование, в первую очередь детектирующий амплификатор. Этот прибор позволяет не только делать копии генетического материала, но и в режиме реального времени определять количество продуктов реакции по флуоресценции без необходимости электрофореза.
Использование глобальных научных ресурсов (базы данных National Center for Biotechnology Information) позволяет сравнить полученную последовательность нуклеотидов с миллионами других последовательностей, депонированных в GenBank, и получить максимально точный результат.
Таким образом, возможности молекулярно-генетического анализа (ПЦР и секвенирования) на современном лабораторном оборудовании позволяют точно спрогнозировать развитие заболеваний и рекомендовать эффективные меры защиты, а также решать спорные вопросы.
Выход в практику
«Наша работа очень творческая. Никогда не знаешь, какие вопросы возникнут у клиента, – улыбается Наталья Аршава. – Скажем, в одном большом специализированном овощехранилище, несмотря на регулируемый микроклимат и правильную температуру хранения, морковь теряет товарный вид. Клиент полагает, что это склеротиниоз. Мы выполняем анализы и видим, что это оомицет, который достаточно редко встречается на практике, но при хранении овощных культур способен уничтожить до 50% урожая. Данный патоген имеет другую физиологию, и здесь требуется совершенно иная система защиты. Даём соответствующие рекомендации. Своевременное обращение за профессиональной консультацией помогло клиенту спасти урожай!»
Ещё один пример – пшеничное поле, на котором агроном отмечает хлороз и пятнистости. «При этом три фунгицидные обработки не помогают решить вопрос. Мы проводим анализ образцов и обнаруживаем сильнейший бактериоз. Конечно, фунгициды здесь не сработают!» – восклицает Наталья Аршава.
«Какой правильный алгоритм действия, если на поле обнаружена проблема?» – спрашиваю Наталью Викторовну. И получаю исчерпывающий ответ: «Обращаться к специалистам! На постоянной основе поддерживать взаимосвязь с наукой. Когда мы знаем историю полей, можем легко понять, присутствие какого патогена наиболее вероятно, какие могут быть риски, это случайность или система. Второй момент – использовать качественные семена. Зачастую хозяйство пользуется собственными семенами, и на анализ к нам поступает посевной материал очень низкого качества, в котором присутствует целый комплекс различных патогенов. Чего ждать от таких семян? Лучше доверять надёжным источникам. Качество посевного материала компании «Щёлково Агрохим» базируется на концепции сильных семян и полном цикле индустриального производства – от селекции до высокотехнологичной подработки».

Наталья Аршава, ведущий научный сотрудник, к. б. н.: «До того как прийти в научный центр «Щёлково Агрохим», я 10 лет занималась задачами фундаментальной науки и работала в медицине. По сравнению с другими отраслями науки большое преимущество центра состоит в том, что мы обладаем хорошей ресурсной базой и можем проводить сложные анализы быстро и качественно, не полагаясь на сторонние организации»
Собрать пазл
В секторе биотехнологии нас встречает Галия Вильданова, научный сотрудник отдела биологических исследований: «Мы занимаемся разработкой и исследованием препаратов на основе живых бактерий, – рассказывает она. – Сразу оговорюсь: эти штаммы выделены из почвы и растений. Они не патогенны для человека и животных. На создание микробиологического препарата уходит не менее трёх лет. Если в лаборатории провести эксперимент можно относительно быстро, то на полевые испытания потребуется не меньше двух лет».
Такие высокоэффективные биологические препараты, как БИОКОМПОЗИТ ДЕСТРУКТ, АЗАФОК, родились именно в этой лаборатории. Некоторые продукты представляют собой консорциум штаммов нескольких видов хозяйственно-ценных бактерий с общим титром не менее 1 млрд живых клеток на 1 мл. БИОКОМПОЗИТ-ДЕСТРУКТ – микробиологический препарат для ускоренного разложения соломы и пожнивных остатков, а жидкое микробиологическое удобрение АЗАФОК представляет собой микробный консорциум, включающий три вида спорообразующих бактерий.
«Биотехнологическая лаборатория не первый год работает над поиском новых микроорганизмов для создания биопрепаратов. Несмотря на наличие обширной официально зарегистрированной коллекции микроорганизмов, не все они соответствуют нашим потребностям, – поясняет Галия Вильданова. – Например, нам требуется микроорганизм, обладающий полифункциональной активностью и сочетающий в себе два ценных признака: способность продуцировать фитогормоны и одновременно подавлять рост фитопатогенных грибов. И тогда начинается направленный поиск».
Другой блок вопросов, которым занимается группа, – увеличение срока годности биопрепаратов. «В отличие от химических препаратов, живые микроорганизмы подвержены старению, инактивации, гибели под воздействием факторов окружающей среды. Сохранение жизнеспособности и функциональной активности таких препаратов – важная задача», – поясняет наша собеседница.

Галия Вильданова, научный сотрудник отдела биологических исследований: «Я выросла в Башкирии и с детства интересовалась микроорганизмами, поэтому и выбрала в университете кафедру биотехнологии. У нас была отлично оснащённая лаборатория: автоматические дозаторы, ламинарные боксы… Наши преподаватели дали нам хорошую базу»
Молодым – дорога
Знакомлюсь с другими молодыми сотрудниками лаборатории биологических исследований, среди них и Надежда Балаева, которая пришла на «Щёлково Агрохим» в 2018 году после окончания Тимирязевской академии.
«Помимо научно-исследовательской работы, мы выполняем и стандартные задачи, – рассказывает Надежда. – На постоянной основе в лаборатории проводятся исследования по определению сортовой чувствительности растений, изучаются последействие, фитотоксичность, эффективность действия гербицидов. Из последних интересных препаратов можно назвать гербицид ДЕПРИМО, МД*; сейчас он находится на регистрации. По нему было выполнено множество исследований, в том числе изучение эффективности действия на различных моделях. Выполнено полноценное исследование по борьбе с падалицей подсолнечника. Определялась эффективность его действия на просовидных сорняках».
В новом лабораторном корпусе сотрудники проводят исследования современных препаратов для растениеводства, в том числе на суперсовременном фитотроне, что выводит работу по изучению гербицидов, фунгицидов, удобрений и росторегуляторов на новый уровень. Ускоренное получение тест-растений для испытаний позволяет увеличить количество экспериментов. Возможность задавать разные параметры климата показывает чувствительность культур к обработкам при разных погодных условиях. Новые климатические камеры, полноценный свет и широкие возможности варьирования систем питания и защиты растений помогают быстрее раскрыть потенциал сорта и в разы ускорить селекцию новых сортов и гибридов.
Рабочий день подходит к концу. Прощаюсь с гостеприимными хозяевами – пора и честь знать. Конечно, я побывала не везде. За один визит невозможно охватить весь спектр вопросов, которыми занимаются в научном центре. К примеру, недавно отстроена новая теплица, открывающая самые широкие возможности для экспериментов; заработали новые камеры искусственного климата, где учёные и селекционеры могут моделировать абсолютно любые условия освещённости, влажности и питания растений. Здесь тоже очень интересно! Кстати, если вы случайно окажетесь на заводе, обязательно загляните в научный центр, хотя бы для того, чтобы просто увидеть в микроскоп удивительный микромир. Там внутри – сложная и хрупкая вселенная жизни, которую держит в своих руках именно женщина.

Надежда Балаева – сотрудник отдела биологических исследований: «У нас ценят молодых коллег, относятся к ним максимально бережно, способствуют их росту. Так, после нескольких лет работы я решила поступать в аспирантуру ГБС РАН по новой для меня теме. Моё руководство полностью поддержало это решение. Для меня это очень важно».

Татьяна Коробейникова – один из самых опытных научных сотрудников группы исследований гербицидов и росторегуляторов. До прихода в «Щёлково Агрохим» долгие годы занималась семеноводством различных сельхозкультур. Хорошо, когда в молодом научном коллективе есть такие мудрые наставники!
«Щёлково Агрохим» гордится своими достижениями, но наше главное богатство – это коллектив сотрудников-единомышленников, неравнодушных, творческих, нацеленных на решение общих задач. И то, что специалисты различного профиля – химики, биологи, микробиологи, аналитики, агрономы, специалисты по регистрации – нацелены на решение общей задачи, помогает в достижении цели», - Елена Желтова.
* Препарат находится на регистрации.






