Салис Каракотов: «Мы фактически сформировались как селекционно-семеноводческая компания»

Эксклюзивное интервью генерального директора «Щёлково Агрохим» журналу Betaren Agro

Эксклюзивное интервью генерального директора «Щёлково Агрохим» журналу Betaren Agro.

- Салис Добаевич, как вы охарактеризуете уходящий 2020 год одной фразой?

- Увы, эта фраза – всемирная паника! В России она была «конструктивной», если можно так сказать о панике: мы начали раньше, чем в других странах, понимать, что это явление такого порядка, какого не было никогда ранее. В уходящем году у нас были политические и экономические сложности, климатические – засухи, наводнения, но ничто из перечисленного не вызывало такой ужас, как пандемия, когда в марте-апреле стали поступать известия о её глобальном распространении. Было необходимо состояние мобилизации. Вызывала опасение возможность возникновения коллапса на мировых рынках сырья. И среди участников российского рынка ХСЗР мы видели такие же панические настроения. Если бы эти страхи стали реальностью… Нехватка сырья, дефицит транспортных средств из-за торможения в портах и на железной дороге… Трудно вообразить, чем бы это кончилось для отрасли… Но у нашей компании был неплохой предыдущий год, когда мы шли с опережением по ожидаемому спросу, и это нас спасло. Уже с середины 2019 года мы начали решать сырьевые вопросы. И к началу 2020 года практически на 80% эти вопросы закрыли.

Наши мощности на сегодняшний день настолько мобилизованы, что мы могли бы при необходимости остановки производства наверстать упущенное. И в тот период, когда были приняты правительственные решения о приостановлении ряда производств и даже отраслей, это не могло не коснуться и сельскохозяйственной отрасли, и поставщиков ресурсов для сельского хозяйства. Но мы знали, что есть аргументы, которые не позволят остановить эту жизненно важную отрасль. Так и случилось.

Конечно, наблюдались резкие действия в некоторых регионах, когда останавливались целые потоки грузовиков со средствами защиты растений, обеспечивающими весенние потребности. И первый квартал реально мог оказаться необеспеченным в полной мере продукцией нашего предприятия. Но у нас и запасы продукции, и интенсивность производства были на очень высоком уровне. И оказалось, что первый квартал мы закрыли с опережением более чем в два раза результатов аналогичного периода 2019 года. И второй квартал продолжился в таком же оптимистичном духе.

Мы успели построить то, что было запланировано нами на этот год, ввели в строй ряд необходимых нам объектов и на территории компании в Щёлково, и в регионах.

Ввели в оборот около полутора десятков новых продуктов. Они прошли в этот сложный период пандемии апробацию в регионах. Стремление со стороны аграриев попробовать применить что-то новое, было тоже достаточно активным. И это обостряло спрос и на новые продукты, и на те, что находятся в фазе своего нарастающего вхождения в рынок. Мы увидели, что потребление, например, протравителей семян, фунгицидов выросло в этом году на 25-30%. Также мы заметили, что был активный спрос на препараты для ресурсосберегающего земледелия. Вырос спрос на глифосаты, десиканты. Дело в том, что наши возможности вдвое больше тех потребностей в нашей продукции, которые сформировались в сельском хозяйстве. Поэтому мы можем продолжать и дальше расти.

Таким образом, уходящий год, отмеченный знаком пандемии, оказался для нашей отрасли плодотворным: наш рост составил более 20%. Подтверждается мое мнение о том, что рост показателей сельского хозяйства в значительной мере основан на увеличении применения средств защиты растений. Росту продуктивности особенно способствуют такие новаторские продукты, какие выпускает наша компания: позволяющие и сохранить потенциал культуры, и проявить защитные функции в большей степени, чем традиционные ХСЗР.

Ещё один вывод этого года: возросла грамотность российских потребителей нашей продукции и соответственно их требовательность по отношению к её качеству и эффективности. Особенно интересно такое явление, как возросший интерес со стороны руководителей сельхозпредприятий к применению сельхозхимии: они очень активно погружаются в знания о технологиях, средствах защиты. Это очень важное явление! Когда-то, лет 15 назад, когда они начинали как инвесторы, предприниматели, эти знания были им не нужны. Руководители крупных компаний, которые когда-то создавали огромные латифундии и средние агрохолдинги, агрофирмы, стали активно интересоваться  вопросами защиты и стимуляции, системы питания растений, вопросами селекции. Потому что все эти вопросы формируют экономику. И это наблюдения именно 2020 года! Признаюсь, это всегда было глобальной целью моей работы – привить сельхозпроизводителям уважение к науке по защите растений, стремление выбирать лучшую продукцию. А мы изначально строим свою деятельность так, чтобы у нас были хорошие, узнаваемые продукты.

- Производитель средств защиты растений и потребитель стали говорить на одном – профессиональном – языке!

- Именно так! Ведь есть такая особенность: руководители и собственники компаний, топ-менеджеры остаются при своих руководящих ролях, а агрономы (полевые агрономы – штучный товар!) мигрируют, потому что востребованы. Профессионалов на всех не хватает. И часто бывает, что сформировавшийся как хороший агроном специалист переходит из одной компании в другую.

- В последнее время в наш лексикон вошло новое слово - «удалёнка». Как компания осуществляет переход на удаленный режим работы? Считаете ли вы онлайн-мероприятия полноценной альтернативой мероприятиям офлайн?

- Онлайн-мероприятия, конечно же, мобилизуют. И при этом они не лишают многих плюсов  традиционного человеческого общения: например, возможности воспринимать участников онлайн встречи не только как носителей определенной профессиональной информации, но и визуально. Мы берём пример с президента РФ, который ежедневно общается онлайн с руководителями министерств и регионов. И мы в компании перешли на еженедельное онлайн-общение с региональными руководителями, их у нас 40 человек по РФ и больше десятка – в других странах.
Безусловный плюс «удалёнки» – возможность остановить распространение болезни. По этой причине мы вынуждены переводить на удалённый режим работы людей старше 65 лет. Благодаря этой мере у нас практически нет заболевших среди этой возрастной категории работающих. Да и во всём коллективе из 1160 человек зафиксировано всего 13 заболевших. Но по большому счету удалённый режим работы, на мой взгляд, конечно, имеет больше минусов. Я, признаться, противник «удалёнки», закрытия производства. Я за то, чтобы люди находились в коллективе, конечно, защищая себя должным образом от заражения. Человеку необходимо работать в коллективе, потому что в любой момент могут возникнуть вопросы, которые невозможно будет решить нажатием кнопки прямой связи. Такой способ общения с коллективом наносит ущерб общему делу. Приходится иногда откладывать решение некоторых вопросов, которые требуют участия конкретного человека, ввиду его отсутствия на рабочем месте. Мы объединяем науку и производство, работаем, так сказать, руками и головой. Если бы это была наука описательная, например философия…

…или журналистика…

- Да, или работа в редакции! Это можно понять и приемлемо вполне. Для философа или журналиста это обычный метод работы: сидишь и пишешь. Но учёному нужна лаборатория, чтобы проводить эксперименты на опытных установках, анализировать результаты на основе опытов. И в этом случае «удалёнка», увы, неприменима.

- В 2020 году компания отметила 22 года и переехала в новый офис – предполагали ли вы в 1998 году, что всё это разрастётся до таких масштабов? Какие были самые амбициозные планы тогда и совпали ли они с тем, что есть сейчас?

 - В тот период, когда образовалась компания, мы не планировали создать новый бизнес и занимались только научным обеспечением отрасли. Зная статистику применения СЗР за многие годы, мы понимали, какие СЗР в нашей стране понадобятся и в какие периоды, поэтому неизвестности не было. Самый расцвет отрасли пришёлся как раз на период подъёма научных работ в стране в этом направлении, поэтому, несмотря на все политические перемены, мы свои ориентиры не поменяли.

До того, как возникла наша компания, я несколько лет руководил филиалом ВНИИХСЗР, и мне была известна статистика всех производств отрасли, оставшихся на территории РФ, которые, к слову, к 2000 году практически не функционировали. Мы понимали, что необходимо воссоздавать производство. И воссоздание ориентировали именно на планированные масштабы применения наших продуктов. У нас был чёткий план на перспективу. Другое дело, что тогда не было ресурсов, чтобы сразу достичь нужных объёмов. Нам понадобилось 22 года, которые пролетели как один миг. Но главное, что мы прошли их вместе со страной и всей сельскохозяйственной отраслью. И когда говорят об успешном состоянии современного сельского хозяйства РФ, то абсолютно точно можно утверждать, что наше участие в этом успехе колоссальное. И я имею в виду участие всех производителей СЗР – и российских, и зарубежных. Когда мы начинали, доля российских производителей была меньше 20%. А сейчас она больше 55%!

- Какой год вы могли бы назвать сам сложным для компании?

 - Если смотреть на нашу историю, то в ней были, конечно, сложные годы, когда обваливались цены на сельхозпродукцию – это 2004, 2008, 2017 годы. Резко снижалась платёжеспособность аграриев. Сложными были и годы, когда в сельском хозяйстве наблюдался период массового банкротства, это период 2004-2006 гг. Потом произошёл скачок доллара(2009-2010), тоже сложный для нас период. Мы несли большие потери, аккредитуя производителей, но это были оправданные потери. Если бы и мы давили на наших потребителей, то у них не было возможности подняться до того уровня, который сложился сейчас в отрасли. Сейчас мы наблюдаем почти 100%-ную платёжеспособность предприятий, и только единичные ситуации порой могут возникнуть, связанные с управленческими решениями.

Были тяжёлые времена… Вообще наша история напоминает бег по кругу! Так, мы росли в арифметической прогрессии до 2009 года, когда курс доллара был 22-24 рубля. Потом продолжали наращивать физические объёмы, в 2010 году денежные объёмы (в валютном измерении) упали, потому что курс доллара стал 36 рублей, а в 2014 году мы вновь сравнялись с 2009 годом по объёму производства в валюте, они снова упали, потому что курс стал 66 рублей. Сейчас, в конце 2020 года, по валютному эквиваленту мы сравнялись с 2014 годом. То есть фактически это бег на месте. Если бы не было таких валютно-рублёвых перепадов, этой «пилы» в графике, мы бы росли плавно и не несли столько потерь.

 - С какими достижениями компания завершает этот непростой год?

 - Мы занимаемся производством и активно работаем в научном направлении. В нашем ассортименте появилось 15 новых наименований, но конкурентная борьба нарастает. А это значит, что стоять на месте нельзя. Мы должны создавать новые виды «вооружений», продукции. Появились новые фунгициды для технических культур и зерновых, появились 2 новых протравителя, инсектициды для борьбы с такими сложными вредителями, как совка и луговой мотылек, акарициды для борьбы с клещами на всех культурах.

Но самым большим успехом 2020 года считаю развитие линейки препаратов для сада. Начиная с 2015 года, нашему научному центру и директору по науке Елене Желтовой была поставлена задача по созданию собственной системы защиты садов и виноградников. И сегодня можно уверенно сказать, что мы достигли формирования нашей российской, «щёлковской» системы обработки этих культур. Это великолепный результат, потому что ни у одной из российских компаний такого набора препаратов для садов нет. А с 2015 года, с введением санкций на ввоз импорта яблок, некоторых других фруктов и в связи с господдержкой по закладке садов, в стране началась закладка садов бешеными темпами. И, естественно, возросла потребность в препаратах по защите сада (а в этой нише – исключительно осторожный подход к введению новых СЗР). И сейчас у нас есть собственная альтернатива на все варианты европейских предложений для садовой отрасли. Эту работу мы вели в течение 5 лет и продолжаем вести. Конечно, это произошло с участием крымских, краснодарских, ставропольских НИИ садоводства и виноградарства. Подключились и другие научные организации – в Дагестане, Кабардино-Балкарии. И теперь мы можем смело предлагать наши системы садоводам.

Мы построили комфортный, современный офис всего за 2,5 года (!). Но и «за забором», в производственной части, тоже произошли изменения в лучшую сторону. Главной миссией я считаю создание комфортных условий для производства. Мы – наследники самого старого химического предприятия в стране, которое не отличалось хорошим оснащением, и за все эти годы, особенно в 2020, у нас произошли большие сдвиги в оснащении производства, в создании новых мощностей. Мы провели колоссальную реконструкцию с установкой роботизированных систем упаковки, автоматической фасовки/упаковки и палетирования в двух цехах, также большую работу по автоматизации и компьютеризации целого большого узла производства масляных дисперсий, микроэмульсионных и суспензионных препаратов. Там, где многое делалось вручную – загрузки, перекачки, закрытие-открытие запирающей арматуры, нагревание-охлаждение, измерение уровней и объёмов загрузок… – теперь делается автоматизировано. Мы приблизились к идеальному уровню автоматизации производства. Также мы ввели в строй два больших складских комплекса: для тары и готовой продукции на нашей щёлковской площадке.

Приступили к строительству нового семенного завода по производству семян зерновых культур и сои в Орловской области, пуск которого намечен на март-апрель 2021 года. Это инвестиционный проект Орловской области и это огромный успех семеноводческой отрасли!

Мы занимаемся производством семян сахарной свёклы много лет, и в этом году впервые вышли на коммерческую реализацию. У нас появилось направление селекции по подсолнечнику, озимой пшенице и сое.

Если говорить о финансовых результатах, то мы наблюдаем большой рост производства и продаж СЗР – на 20,4% . Вместе с продажей собственных семян (сои, озимой пшеницы и подсолнечника) финансовый результат показал 24% роста. В 2020 году мы фактически сформировались как селекционно-семеноводческая компания по основным сельскохозяйственным культурам. По статистике Ассоциации европейского бизнеса (АЕБ), «Щёлково Агрохим» занимает в РФ от 15 до 17%.

Активно идёт развитие экспортного направления, и в этом отношении нам удалось зарегистрировать большую группу препаратов в Сербии, Азербайджане, Турции и создать представительство в Марокко. Мы не забываем о наших традиционных заграничных рынках – это Беларусь, Казахстан. Продолжаем строительство завода в Узбекистане и планируем к концу 2021 года ввести его в строй. В дальнем и ближнем зарубежье мы продаём не только пестициды, но и семена озимой пшеницы и сахарной свёклы, и эти две культуры будем продвигать. В 2020 году заключили договор о начале испытаний на сахарной свёкле в Узбекистане, Казахстане и Египте, где планируем создать свое представительство.

- Каким вы видите дальнейший вектор развития компании?

- Усиление сельскохозяйственной деятельности: по производству семян – это одно направление, второе – мы стали крупными латифундистами, в нашем распоряжении находится около 200 тыс. га земли. Мы вошли в первую тридцатку крупных землевладельцев, и наша задача – на этих землях, находящихся в собственности (а это не лучшие земли, в частности 75 тыс. га в Оренбургской и Ульяновской областях), в жёстких условиях засухи разработать и внедрить жизнеспособные и рентабельные системы земледелия. Плюс к этому в Орловской области мы начали строить современную молочную ферму на 1 200 коров, и этим проектом будем интенсивно заниматься.

Неизбежно рынок России будет заполнен, потому что новых земель вряд ли будет прибавляться, и конкуренция будет большая, значит, нам надо более интенсивно выходить на внешние рынки, что, к сожалению, не всегда проходит легко.

 - В последнее время есть тенденция укрупняться за счёт объединения с другими компаниями. Не планируете ли вы с кем-то объединиться?

- У нас таких планов нет. Мы за то, чтобы объединяться с крупными аграрными компаниями для совместной работы. Нам важно оказывать влияние на результаты наших крупных клиентов через собственную агрономическую службу – такое взаимодействие похоже на объединение, которое состоит в единстве понимания целей клиентов и наших возможностей. Мы ценим такие партнёрские отношения. Это компании «Русагро», «Степь», «Курская агропромышленная компания»… Это крупные успешные агрохолдинги, которые на высоком уровне доверяют нашим деловым отношениям и следуют с нами в одном направлении.

- Вы перечислили препараты, введённые на рынок в этом году. У нас полная, самая крупная в России соевая линейка, сформированная технология защиты садов. Что компания предложит аграриям в 2021 году?

- В следующем году следует ожидать разработок по таким нишевым культурам, как рис, рапс. Есть необходимость, расширить линейку по подсолнечнику и льну масличному, который становится важной культурой в некоторых регионах. Будем расширять технологию защиты картофеля. Планируем усиление наших позиций по зерновым и масличным культурам.

Мощнейшее развитие должно получить производство новых препаратов по биологической защите. Уже сегодня успешно применяется БИОКОМПОЗИТ-КОРРЕКТ, на подходе его разновидность – БИОКОМПОЗИТ-ДЕСТРУКТ. Это специальный препарат только для разложения соломы и пожнивных остатков. В разработке – ряд специфических биологических препаратов как для применения на культурах, так и для внесения в почву. Это направление тоже может оказаться одним из главнейших. Здесь нужно иметь в виду, что в Европе идут большие изменения в ассортиментной политике. Многие, казалось бы, незыблемые препараты в ассортименте крупных компаний уходят из применения по причине несоответствия экологическим стандартам. Крен делается в сторону создания биопрепаратов. Россия в постперестроечные времена была крупнейшим разработчиком биологического направления в системе защиты растений и вообще в фундаментальных исследованиях по биологическому разнообразию почв. Сейчас мы возвращаемся к нашим исследованиями, и неслучайно в прошлом году в своём научном центре построили и ввели пилотную установку по ферментации, которая позволит нам нарабатывать много новых продуктов.

 - В 2020 году во многих регионах страны проходили испытания новых российских гибридов от «СоюзСемСвёклы». Расскажите о результатах этих испытаний.

- В отношении селекции сахарной свёклы и введению в коммерческий оборот наших семян, созданных совместно с компанией «Русагро», 2020 год прошёл очень успешно. К 13 зарегистрированным гибридам в конце года добавились ещё 8. Таким образом, сейчас у нас в ассортименте 21 гибрид. Уже известны итоги и производственных, и демонстрационных и опытных испытаний в различных регионах. Важно отметить, что год оказался крайне неблагоприятным по погодным условиям для возделывания сахарной свёклы во многих регионах. Мы видим, что и объём производства свёклы упал, и производство сахара в дефиците. И в этих условиях ряд наших гибридов (по меньшей мере, 3-4 из 13) в ряде регионов оказались в первой десятке лучших конкурентных гибридов иностранных компаний. К 2021 году мы подготовили коммерческие партии нескольких наименований – не менее 60 тысяч посевных единиц. Это значит, что в 2021 году мы можем занять 5-6% рынка гибридов сахарной свёклы. Кроме того, уже заложены семенные посевы в Крыму, чтобы иметь в следующем году ассортимент не менее чем из 6 гибридов. И дальше мы будем наращивать ассортимент и доведём его в ближайшие 3-4- года до 25-30 наименований.

Отрадно, что ситуация складывается самым благоприятным образом: у нас имеется хорошее дражировочное производство и, конечно, нам повезло, что Крым как идеальная зона для гибридизации сахарной свеклы, уже нами освоен, и у нас там есть партнеры, которые, имея возможности для орошения, для нас выращивают семена сахарной свёклы.

Программа, которая связана с выполнением доктрины продовольственной независимости страны в отношении обеспечения собственными семенами предусматривает формирование не менее 75% обеспеченности по отечественным семенам главных сельхозкультур…

- Это достижимо?

- Мы должны до 2025 года занять 25% рынка. Если будет сохраняться господдержка, которая сейчас объявлена, то мы сможем дойти и до 40% освоения рынка семян к названной дате. Нам важно обеспечить серьёзное импортозамещение по семенам. Причем не только по сахарной свёкле, но и подсолнечнику и кукурузе. Задачи селекционные и семеноводческие становятся важнее, чем развитие пестицидного направления, которое уже достигло больших результатов.

 

Беседовала Наргиза Мирзаалиева

29.12.2020 0